Агентство Лангуст [переход на главную] Langust
Яндекс.Метрика

07/07/2015 Русские в Лондоне: как вести себя в Британском суде, чтобы выиграть?
Впервые опубликовано на сайте журнала Forbes.ru

На сайте журнала Forbes.ru была опубликована авторская статья об английском правосудии.

Ниже статья приведена полностью.

Российские бизнесмены всё чаще отправляются искать правды в Лондонском суде, однако не все остаются довольными британским правосудием, принципы которого значительно отличаются от российских.

Я участвовал в большом процессе в Лондоне как свидетель и сравнил происходящее там со своим обширным опытом работы в российских судах. Разница - огромная, и тем, кто планирует побороться за свои права в Британии, стоит её знать.

суд в Великобритании совсем не похож на российский

Суд в Великобритании совсем не похож на российский. Чтобы вынести положительное решение по вашему делу, судья в Лондоне должен в первую очередь поверить вам. Этого не всегда можно добиться при помощи объективных доказательств, которые представляет адвокат: не менее важно, какое впечатление вы производите сами. То внутреннее убеждение, которым должен руководствоваться судья при принятии решения, в британском суде не просто прописано в законах (оно зафиксировано в нормах и у нас в России), но реально действует.

Юристов из России может изумлять, что английский судья имеет право отойти от юридических норм и даже формального содержания договора и принять решение, исходя из так называемого «принципа справедливости». Таковы традиции британского правосудия. Возможность апеллировать к такому понятию восходит к XIV веку, когда возник английский институт «права справедливости». Не удовлетворяясь решением суда общей юрисдикции, люди обращались к суду лорд-канцлера, специального королевского чиновника, который должен был судить по совести.

К важному выступлению в суде обязательно нужно готовиться. В отличие от российских адвокатов, английским запрещено готовить собственных свидетелей к допросу. Однако существуют юридические фирмы, которые на выдуманных делах проводят семинары, имитирующие допросы в английском суде. Не стоит думать, что эта потеря времени - лучшие компании на рынке крепко знают своё дело, и даже опытному юристу из России, как показал мой опыт, есть, чему поучиться.

Кстати, большие трудности у ведущих подобных семинаров возникают именно с подготовкой юристов - последние и во время импровизированных допросов сохраняют дух состязательности и зачастую вступают в полемику с адвокатом, задающим вопросы.

Это опасно: человек во время спора может выглядеть неблаговидно и тем самым вызвать недоверие судьи.

Даже если вы не юрист, запомните: в суд приходят не для того, чтобы спорить, а чтобы ответить на вопросы, защитить свою позицию, и тем самым помочь адвокату выиграть дело.

В суде встречают по одёжке: внешним видом вы подчёркиваете своё отношение к происходящему, поэтому, конечно, одеваться надо в строгий костюм купить одежду, обувь и аксессуары. Одна из поразивших меня особенностей английского суда - никто не требует паспорт у выступающих на заседании. Всем, кто был в российских судах, известно, что это непременная составляющая нашей процедуры допроса. Прежде всего, судья требует паспорт гражданина, а секретарь заносит данные в протокол. Как же иначе? Мне объяснили, что репутация английских юристов настолько высока, что перепроверять их утверждение о том, что я - адвокат Константин Рыбалов, вызванный в суд как свидетель, никому в суде просто не приходит в голову. Их слова вполне достаточно для подтверждения моей личности.

Вопрос о целесообразности присутствия свидетеля или его представителя на заседании решается судьёй заранее. Для этого адвокаты составляют своего рода заявление (statement), базирующееся на допросе свидетеля, проведённом в их офисе, которое приобщается к материалам дела. Прочтя этот документ, судья определяет, нужно ли вызывать человека в суд.

Получив мой statement - а я присутствовал в качестве правозащитника одного из свидетелей, - адвокаты обеих сторон целую неделю спорили, сохранить ли за мной привилегию не отвечать на вопросы, касающиеся других форм нашего с клиентом сотрудничества. Я связан адвокатской тайной, но противная сторона хотела допросить меня на самые разные темы, чтобы узнать о моём клиенте больше, чем нужно для дела. Однако судом мне была предоставлена возможность не отвечать на вопросы, не относящиеся к процессу.

Главное требование ко всем выступающим в лондонском суде - в своих ответах нужно находиться в пределах правды и компетентности, а также быть сдержанным и адекватным. Отвечать рекомендуется исключительно на поставленные вопросы, предельно конкретно и точно. Например, на семинаре мне был задан вопрос, сколько лет я практикую адвокатскую деятельность, и где я проживаю. Я ответил, что занимаюсь адвокатской практикой с 1999 года и делаю это в Москве. В ответ получил разумное замечание, что меня никто не спрашивал о том, с какого года я работаю адвокатом, вопрос был сформулирован так: «Cколько лет вы практикуете?» Также не было вопроса о месте моей практики.

Ответ, более обширный, чем вопрос, может вызвать недоверие судьи - вынося решение, он обязательно опишет свои субъективные наблюдения на процессе.

Допрос в английском суде был очень интересным с точки зрения своей психологии. Нужно сказать, что система судебной адвокатуры в Англии в целом отличается от российской. Ключевой момент в том, что в судебном процессе на стороне клиента участвуют одновременно несколько адвокатов с разными функциями. Во-первых, это барристеры - адвокаты высокого ранга, которые непосредственно выступают в суде, задают вопросы и допрашивают свидетелей. Другая категория адвокатов - это солиситоры, которые готовят документы к процессу, выполняют черновую работу и помогают барристеру в ходе судебных прений. В нашем процессе был представлен ещё один класс адвокатов - Королевский адвокат - это своего рода старший из них, задача которого заключается в определении стратегии ведения дела, координации работы барристеров и солиситоров. Такой адвокат в ходе судебного заседания сам, как правило, не берёт слова.

Зато вопросы барристеров могут быть намеренно провокационными, и нужно быть готовым сохранять внутреннее и внешнее спокойствие. Каждый барристер владеет приёмами вроде НЛП купить книги по нейро-лингвистическому программированию или актёрского мастерства. Это видно по тому, как и в какой динамике они задают вопросы. Первые тридцать - сорок минут барристер допрашивал меня чрезвычайно деликатно, но демонстрируя некоторое недоверие. Он уточнял, как бы заранее сомневаясь в правдивости ответа: «И вы хотите сказать, что вы тогда-то сделали то-то…?» Неподготовленному человеку захотелось бы начать оправдываться: «Да, поверьте мне, именно так и было, честное слово…» Стоп. Именно этого и добивался мой английский коллега. Категорически запрещено использовать в ответах усиливающие обороты речи, типа «честное благородное слово; уж вы мне поверьте, я никогда не вру» и т.п.

Дальше события развивались достаточно шаблонно: адвокат начал агрессивно упрекать меня в том, что я лгу. На российском процессе судья прервал бы адвоката, попытавшегося оценить слова свидетеля, и сказал бы, что оценку показаний нужно оставить для прений сторон. В Лондоне барристер раз за разом утверждал, что мои показания ложны.

Если бы не семинар, то я бы, пожалуй, вышел из себя, и начал препираться с адвокатом.

Но, получив заранее хороший урок, я не обращал внимания на его выпады и отвечал только по существу - в рамках правды и компетентности. Не сумев вывести меня из себя, адвокат ослабил хватку и продолжил прежним деликатным тоном задавать новые вопросы.

Всё представление разыгрывалось барристером ради единственной цели - убедить судью, что мне нельзя верить. Именно за эту внутреннюю убеждённость и борются стороны в британском суде, и некоторым проигравшим она обходится очень дорого.

© Константин Рыбалов, адвокат, член адвокатской палаты Москвы

Впервые опубликовано на сайте журнала Forbes.ru

Вернуться
хостинг от Зенон Н.С.П. © Langust Agency 1999-2017, ссылка на сайт обязательна