Агентство Лангуст [переход на главную] Langust
Яндекс.Метрика

08/10/2012 Эмоциональная история Британии: от печали до радости
Впервые опубликовано на сайте Би-би-си - Русская служба

На сайте Би-би-си - Русская служба была опубликована статья об эмоциях британцев.

Ниже статья приведена полностью.

В английском языке купить учебники и пособия по английскому языку есть известное каждому британцу выражение - keep a stiff upper lip.

Британия учится жить в согласии со своими эмоциями

Если переводить буквально, то означает это «чтобы верхняя губа не дрожала», потому что если у человека дрожит верхняя губа, то это означает, что он или она вот-вот расплачется или ещё как-то проявит свои эмоции, а в британском обществе, особенно в состоятельных его эшелонах, считалось, что эмоции свои надо держать при себе, и все радости и невзгоды встречать с каменным выражением на лице.

Англичане не всегда были сдержанной нацией - ровно наоборот. В идущей в октябре по телеканалу Би-Би-Си серии передач об эмоциональной истории Британии журналист и сатирик Иэн Хислоп рассказывает, что когда голландский философ-гуманист Эразм Роттердамский посетил Англию в 1499 году, его поразили совсем иные качества.

«Он писал: «Куда бы ты ни пришёл, все тебя расцеловывают, а когда ты собираешься уходить, то тебя провожают поцелуями. Приходишь в следующий раз - и снова поцелуи. К тебе приходят гости - опять поцелуи. Гости уходят - ты их всех обцеловываешь, а если столкнёшься где-нибудь со знакомыми - шквал поцелуев, от них просто никуда не деться!» - рассказывает Хислоп.

Культ сантиментов

В XVIII веке у французов уже давно появилось слово «хладнокровие» (sang-froid), а англичане, казалось, об этой черте характера и слыхом не слыхивали, пока Даниэль Дефо купить произведения и экранизации Даниэля Дефо не написал свой знаменитый роман «Робинзон Крузо». Правда, современники не оценили должным образом героя-стоика.

Это только в XX веке один из литературных критиков назвал Робинзона «выразителем английской сдержанности», а на момент публикации никому и в голову не пришло, что этот стоически переносящий свалившееся на него несчастье и одиночество герой являет собой национальный идеал, потому что в то время модны были чувства, эмоции.

«Тогда, в XVIII веке, существовал культ чувствительности не только в Британии, но и во всей Европе, то есть принято было прославлять чувства и переживания. Считалось, что, разделяя чувства других людей, мы лучше понимаем человеческую природу и, как результат, политические процессы и общество в целом», - поясняет профессор Томас Диксон из Центра Queen Mary по изучению эмоций.

В тот же период в английский язык вошло слово «сентиментальность», и все стали зачитываться появившимся в 1751 г. эпистолярным романом Сэмюэля Ричардсона «Кларисса» в семи томах. Проявление чувств было модным, нужным и приемлемым и не только для женщин, но и для мужчин.

Идеальным мужчиной считался тот, кто не стеснялся проявлять свои эмоции. Одним из них был Лоренс Стерн купить произведения Лоренса Стерна, описавший в романе «Сентиментальное путешествие по Франции и Италии» любовные приключения и душевные переживания главного героя - своего альтер-эго, преподобного мистера Йорика.

Ничего французского…

Но обливаться слезами над сантиментами британцам оставалось недолго, так как в 1789 году за Ла-Маншем произошла французская революция и это событие, как говорит Томас Диксон, оказало огромное влияние на Британию.

Маргарет Тэтчер как никто овладела искусством каменного лица

«Как культ чувств, так и французская революция базировались на идее о том, что все люди объединены общей силой чувств и сострадания. Именно на этом, а не на каком-то естественно сложившемся или же унаследованном общественном порядке, должно базироваться общество. И когда люди в Британии увидели, к каким ужасным последствиям привела французская революция, то культ чувств быстро дискредитировался. Он стал восприниматься как нечто опасное, чужеродное и - что самое ужасное - французское», - говорит Диксон.

Последующий приход к власти Наполеона, стремившегося построить глобальную франкофонную империю, подстегнуло Британию к преследованию своих имперских интересов, а это требовало героя нового типа.

Иэн Хислоп рассказывает, что по мере того, как Британия противостояла Наполеону и на суше и на море, возник новый тип героя - боец, смелый, решительный, но в то же время находящийся в ладу со своими чувствами.

Поцелуй или провидение?

Адмирал Горацио Нельсон идеально вписывался в эти рамки - он был полководцем, героем Трафальгарской битвы и в то же время героем-любовником, любителем и любимцем женщин.

Есть исторический факт, что когда в 1805 году Нельсон получил смертельное ранение на борту корабля «Виктория», он сказал своему другу, капитану корабля Томасу Харди: «Поцелуй меня, Харди» и затем: «Слава Богу, я исполнил свой долг!»

Но в последовавшую вскоре викторианскую эпоху братская любовь к другу и любовь к отечеству не могли уживаться в одном, даже незаурядном человеке. Поэтому история была переписана. Британцы постановили, что Нельсон (поскольку он воевал в Турции и мог нахвататься тамошних слов) пробормотал в беспамятстве по-турецки «кисмет, Харди» (поскольку это звучит похоже на английское «kiss me Hardy»), то есть «таково провидение, мой друг».

«Таким образом, Нельсон рисовался как стоик, принимающий волю судьбы. Однако в начале XIX века его последняя просьба к товарищу к проявлению публичных чувств только усиливала в глазах общества его героизм», - говорит Хислоп.

Холоднее резиновых сапог

На постаменте национального героя Нельсона сменил разбивший Наполеона в битве при Ватерлоо Веллингтон - культивировавший в себе чопорную отстранённость и холодный, как резиновый сапог. Говорят даже, что Веллингтон неплохо играл на скрипке, но, чтобы подавить в себе всё чувственное, выбросил инструмент и никогда больше не музицировал.

Британцы вознесли его не пьедестал мужественной доблести, а Джейн Остин купить произведения и экранизации Джейн Остин увековечила этот новый тип романтического героя, определяющими чертами которого являлись сдержанность и замкнутость.

Королева Виктория, рано потерявшая любимого мужа принца Альберта и всю оставшуюся жизнь, публично скорбевшая об этой утрате, явила британцам пример женского стоицизма. Холодная чопорность - во всяком случае, внешне - стала нормой, особенно для королевского дома и аристократии.

Более того, это служило своего рода эмоциональным инструментом для сохранения привилегий и большей дистанции от простонародья, и, как отмечает живущий в Британии психолог Валентина Шаталина, этому до сих пор обучают в английских частных школах.

«Железная леди» британской политики Маргарет Тэтчер, хоть и была дочерью зеленщика, но окончила привилегированную женскую школу и овладела искусством «каменного лица» как никто.

Она, по свидетельству очевидцев, продемонстрировала за своё долгое премьерство лишь одну-единственную эмоцию - в день, когда её, наконец, вынудили покинуть Даунинг-стрит, 10.

Поворотный момент эмоциональной истории

Современные британские политики своих эмоций не скрывают (премьер-министр Дэвид Уильям Дональд Кэмерон и мэр Лондона Александр Борис де Пфеффель-Джонсон)

А поворотным моментом в своей эмоциональной истории британцы считают смерть принцессы Дианы, которая, хоть и принадлежала к элите, была открыта и эмоциональна и, главное, - на виду у всех. Поэтому, когда её не стало, британцы сделали то, что делала она сама - дали волю чувствам. И довольно скоро испугались сами себя. Так что же лучше - выражать свои чувства или всё-таки держать их при себе?

Два недавних события продемонстрировали, на мой взгляд, противоположные тенденции.

Во время празднования бриллиантового юбилея царствования королевы Елизаветы II 5 июня этого года шёл проливной дождь и стоял дикий холод, однако никто не согнулся под немилостью погоды: и королевская семья, и участники флотилии, несколько часов шедшей по Темзе, и простые британцы, пришедшие помахать королеве флажками – никто не терял боевого запала и присутствия духа.

А прошедшая в августе Олимпиада явила совсем иное: море слёз - как радости, так и разочарования - причём со стороны спортсменов, стороны зрителей и даже британских комментаторов!

Так что британский характер, несомненно, претерпевает изменения: может быть в частных школах юные джентльмены и будущие леди продолжают постигать, как правильно овладеть каменным выражением лица, но большая часть общества всё-таки учится жить в ладах со своими эмоциями.

© Катерина Архарова

Впервые опубликовано на сайте Би-би-си - Русская служба

Вернуться
хостинг от Зенон Н.С.П. © Langust Agency 1999-2017, ссылка на сайт обязательна