Агентство Лангуст [переход на главную] Langust
Яндекс.Метрика

Солдат удачи
По материалам журнала Караван историй

На оклеенных тисненой кожей стенах висели портреты: высокая, немного костлявая дама с бледным лицом и широкоплечий господин в белом пудреном парике и блестящих латах. Мальчик знал, что художник изобразил первого герцога Мальборо, знаменитого победителя французов, и его сестру, о том, чем была знаменита дама, ему не рассказали.

Уинстон Черчилль

Мать мальчика, молодая американка, после замужества ставшая английской леди, прочла об этом у историка Маколея. Сара Черчилль служила фрейлиной у герцогини Йоркской. Однажды во время охоты она упала с лошади, и герцогу бросились в глаза ее стройные ноги. Это событие повлияло на европейскую историю: Сара Черчилль родила герцогу четырех внебрачных детей, а когда тот занял королевский трон, брат Сары стал генералом - и наголову разбил армию французского короля. Человеческая память неблагодарна: без Сары Черчилль не было бы ни громких побед, ни фамильного процветания, а семья стыдилась ее памяти.

Дженни Черчилль, жена далекого потомка герцога Мальборо, была очень честолюбива, но в конце XIX века женщине не приходилось и мечтать о карьере, она могла лишь помочь карьере мужа. А сын Дженни, мальчик двенадцати с половиной лет, засматривался не на портреты - его больше привлекала картина с изображением Блэнхеймской битвы, на которой тоже красовался великий герцог: над полем поднимаются клубы дыма, французы маршируют вперед, белыми мячиками рвутся бомбы, а его предок, улыбаясь, скачет прямо в огонь. И рыжий круглолицый мальчишка представлял на его месте себя.

У Уинстона Леонарда Спенсера Черчилля было полторы тысячи оловянных солдатиков, и они часто гибли под Блэнхеймом; высокородный Рэндольф Черчилль морщился, слушая, как из детской доносятся громкие крики ‘ура!». Кому приятно быть отцом будущего неудачника, а Уинстон Леонард Спенсер Черчилль, по глубокому убеждению родителя, представлял собой законченный образец юного идиота: мальчик не хотел учиться латыни купить пособия по латинскому языку, был патологически неспособен к арифметике и отличался таким непробиваемым упрямством, что терялись даже самые опытные учителя. Он был совершенно безнадежен, и, в конце концов, Рэндольф Черчилль принял решение, определившее дальнейшую жизнь сына: если через несколько лет мальчишке не удастся поступить в Оксфорд, он пойдет в армию - а дальше пусть рассчитывает только на себя. Военная служба не приносит денег, а с такой головой Уинстону не сделать карьеры; стало быть, к сорока пяти годам он дослужится разве что до майора, и в роду Черчиллей станет одним ничтожеством больше. В общем, высокородный Рэндольф по поводу сына не тешил себя иллюзиями.

Дженни Черчилль считалась украшением лондонских гостиных - королевская стать, великолепные черные волосы и выразительные глаза

А тот глядел на отца как на божество. Мальчик знал, что ему повезло с семьей, но о том, чтобы хоть в чем-нибудь выдержать сравнение с отцом, он мог только мечтать: газеты называли Рэндольфа лучшим из молодых английских политиков, умницей и златоустом, из которого может выйти второй Дизраэли. Мать Уинстона считалась первой британской красавицей, дядя был пятым по знатности из десяти английских герцогов, а основатель их рода - национальным героем: в награду за победы страна пожаловала ему самый большой в Англии замок, названный Блэнхеймом. Огромный дом раскинулся на полутора квадратных километрах: башни, колонны, шпили, залы, полные бесценных картин, гигантский холл, с пятнадцатиметровой высоты свода на вошедших строго взирал сам великий герцог, возле которого парила богиня Победы. А в раскинувшемся на много сотен акров парке зеленели вековые дубы, блестело самое большое в стране искусственное озеро - и если род горячо любимого дяди оборвется, все это достанется Уинстону Черчиллю. Но он не завидовал тем, кто принадлежал к старшей ветви семьи: в доме говорят, что его отец вскоре станет министром, а может, и премьером. Мир, в котором жил рыжий и курносый, немного похожий на портреты первого Мальборо мальчишка, был устойчив, разумен и понятен.

Ему и в голову не приходило, что его родители - не слишком гармоничная пара: у Рэндольфа Черчилля была щуплая фигура, прячущееся за несоразмерно огромными моржовыми усами продолговатое лицо и большие выпуклые глаза - в Оксфорде его прозвали Крыжовником. А леди Рэндольф Черчилль, в девичестве Дженни Джером, считалась украшением лондонских гостиных - великолепные черные волосы и выразительные глаза, королевская стать, высокая грудь и тяжелые бедра… В конце XIX века предпочтение отдавалось рубенсовским женщинам, живой же ум и острый язык английский свет ценил всегда. И пусть знакомые Черчиллей поговаривали, что Дженни чересчур близка с австрийским атташе, красавцем и богачом графом Кински, французским графом де Бретейлем и самим принцем Уэльским, - высокородный Рэндольф не обращал на это решительно никакого внимания, а его жена держалась с безупречным тактом. У них был отличный дом и отличные лошади, они давали отличные обеды, но о том, что по меркам лондонского света Черчилли бедны, как церковные мыши, знали решительно все - кроме юного Уинстона.

Уинстон Леонард Спенсер Черчилль, по глубокому убеждению его отца, представлял собой законченный образец юного идиота

На протяжении последних ста лет Мальборо методично проматывали свое состояние; и теперь большая часть их доходов уходила на содержание замка, поместий, городских домов, ста лошадей и полутора сотен слуг. Дженни Джером была дочкой американского миллионера, но ее отец обанкротился вскоре после того, как у них с Рэндольфом закончился медовый месяц. И все же эта пара не отказывала себе ни в чем.

Визиты, вечерние поездки в театр или на бал - дни великосветских лондонцев были расписаны по минутам, ежедневные развлечения оборачивались тяжелым трудом. Танцы, театр, званые обеды, поездки на скачки - знаменитая черная кобыла Черчиллей снова приходит первой, и их бюджет увеличивается на добрую сотню фунтов. Рэндольф в совершенстве усвоил науку займов и перезаймов; Дженни знает, что деньги должны приносить удовольствие, а до остального ей нет никакого дела… Судя по всему, Черчилли довольны друг другом, но их друзья не могут взять в толк, в каких, собственно говоря, они между собой отношениях.

Всем было известно, что Рэндольф женился на мисс Джером по большой любви: Мальборо противились этому браку с американкой, ее же родители искали жениха с титулом и большими деньгами. Переговоры длились почти год, и Уинстон Черчилль появился на свет чуть ли не на месяц раньше положенного срока. Друзья семьи были уверены, что на самом деле поторопился не он, а Рэндольф - поэтому де и состоялся этот во всех отношениях неравный брак… Первое время молодые не могли оторваться друг от друга, а сейчас Черчилли путешествуют втроем: их сопровождает то ослепительный Кински (рост под два метра, пронзительные черные глаза и лихо закрученные усы), то белокурый красавец Бретейль. Париж, Рим, Санкт-Петербург: спутники леди Рэндольф Черчилль меняются, лорд Черчилль неизменно любезен со всеми, кто подает веер его жене и сопровождает ее на верховых прогулках… То, что за этим скрывалось, было известно лишь старшему брату Рэндольфа Черчилля, маркизу Блэндфорду, будущему герцогу Мальборо.

… Много лет назад Рэндольф выступал на заседании дискуссионного клуба в Оксфорде: девятнадцатилетний студент произнес блестящую речь, осушил гигантский кубок шампанского - стены комнаты завертелись, голоса слились в сплошной гул, и он перестал отдавать себе отчет в том, что с ним происходит. Когда высокородный Рэндольф проснулся, ему бросились в глаза истрепанные бумажные обои и засаленная подушка… Он поднял голову и увидел, что ему широко улыбается морщинистая старуха, а изо рта у нее торчит единственный зуб, длинный и желтый. Потомок герцогов Мальборо вскочил, схватил свою одежду, бросил на одеяло деньги и скатился вниз по шаткой деревянной лестнице. Вслед ему раздалось: ‘Какой ты, милок, жадный!» Первые признаки сифилиса появились через двадцать один день; доктор пролечил его ‘горьким Тедди» - препаратом на основе мышьяка, пользовавшимся большой популярностью в лондонских борделях, и объявил здоровым. Но мышьяк не мог убить возбудителя болезни - и через много лет, уже после того как родился Уинстон, сифилис вернулся.

Язва, увеличившиеся лимфатические узлы, сыпь: лорд Рэндольф был порядочным человеком, ничего подобного для своей жены он, разумеется, не хотел. Как только он понял, что с ним происходит, из их жизни ушел и намек на любую физическую близость. Со стороны Черчилли производили впечатление очень счастливой супружеской пары, и только близкие друзья не могли взять в толк, отчего это Крыжовник стал таким нервным.

Судьба Уинстона была решена: если ему не удастся поступить в Оксфорд, он отправится в армию

А Уинстон Спенсер Черчилль жил так, как должен был жить ребенок его происхождения. Сперва его воспитывала няня, и он редко видел родителей, затем мальчика отдали в закрытую школу с полным пансионом и поездками домой на каникулы. Стены, обитые дубовыми панелями, и уходящие под потолок книжные полки, зеленый дерн на спортивных площадках и сливовый пудинг к обеду. Юный Черчилль не желал учиться латыни и классическим языкам, таскал из школьного буфета изюм, и директор школы порол его каждую субботу. Этот разработанный до мелочей ритуал запомнился ему навсегда: детей выстраивали в гостиной, директор приказывал провинившемуся выйти из строя и уводил его в соседнюю комнату - шторы здесь были наглухо задернуты, а у одной из стен стояла обитая черным бархатом скамейка. Уинстон Спенсер Черчилль спускал штанишки, ложился на черный ворс, и в воздухе начинала свистеть розга… Рубцы не заживали до следующей субботы, но, вытирая слезы и натягивая помочи, юный Черчилль вспоминал про Блэнхеймскую битву - и улыбался.

- Уинстон, - говорит переводящий дыхание педагог, - я имею серьезные основания быть недовольным тобой.

- А я, сэр, - отвечает потомок победителя при Блэнхейме, - имею весьма серьезные основания быть недовольным вами…

Отец писал ему очень сухие письма (он знал, что сын учится из рук вон скверно, и это оскорбляло его самолюбие), мать вспоминала о нем редко - у нее была своя жизнь, к тому же излишняя забота о ребенке в их кругу считалась дурным тоном. Но Уинстон Черчилль знал, что все идет так, как должно: в закрытых школах воспитывались шесть поколений его предков, и всех их безжалостно пороли, а родители вспоминали о них от случая к случаю. Свою порцию любви они получали раз в год, дома, у рождественской елки. Мальчик был невысоким, широкогрудым, курносым и круглоглазым, лобастым, как молодой бычок, и порка только прибавляла ему упрямства. Лежа под розгами, юный Черчилль от души презирал того, кто его порол: он был Мальборо, его отец воплощал ум и доблесть, мать - очарование и красоту, и газеты, которые каждое утро поступали в школьную библиотеку, поддерживали это его убеждение. В них писали, что лорд Рэндольф стремительно идет в гору - он был избран в парламент, его называли надеждой партии тори.

Из Сандхерста Дженни писали, что кадет Черчилль - один из самых отважных наездников в эксадроне

Рэндольф действительно был блестящим политиком, и будущее представлялось ему совершенно ясным: ‘Пять лет я буду в оппозиции, следующие пять лет - премьер-министром, затем я умру и меня похоронят в Вестминстерском аббатстве». Все бы, наверное, сложилось именно так, если бы сифилис не вступил в завершающую стадию - высокородный Рэндольф начал путать реальный мир со своими странными фантазиями.

После того как тори выиграли выборы, ему дали кресло министра финансов. Это был второй по значению пост в кабинете, до мантии премьер-министра оставалось всего несколько шагов - а ему было всего лишь тридцать семь лет! Рэндольф Черчилль разрушил все это одним ударом, и его биографы так и не поняли, из-за чего он так поступил. Однажды за утренним чаем супруг сказал леди Черчилль, что вечером она услышит новость, которая может ее огорчить, а днем выступил против политики собственного кабинета, произнес глупейшую речь и, когда его предложения не прошли, подал в отставку. Узнав об этом, Дженни разрыдалась - в блистательной карьере мужа был и ее труд.

Этой умной, честолюбивой и волевой женщине роль праздной светской дамы была скучна. Дженни проводила все избирательные кампании Рэндольфа: она объезжала его округ, стучалась в двери к тем, кто должен был голосовать за Рэндольфа, произносила речи прямо в поле, взобравшись на стог, улыбалась, льстила, кокетничала. Она сглаживала его резкости, объясняла дикие выходки мужа старейшинам партии, делала все для того, чтобы среди политической элиты он стал своим. Леди Черчилль создала и возглавила ‘Лигу первоцвета» - первый женский политический клуб, королева наградила ее орденом ‘Звезда Индии», а теперь все это должно было кончиться. Дженни предстояло ухаживать за сходящим с ума, быстро разрушающимся мужем, и несколько последующих лет станут для нее адом. Рэндольф стремительно деградировал - вчерашний острослов терял нить разговора, у него перестали сгибаться колени, и при ходьбе он с грохотом вколачивал в землю ступни. Прошло еще несколько месяцев - и когда он потащил её в очередное путешествие поиск, подбор и бронирование отдыха online, Дженни взяла с собой свинцовый гроб.

Черчилль писал репортажи, штудировал стенограммы парламентских выступлений и думал о том, что карьера политика интереснее службы в гусарском полку

Рэндольф Черчилль не хотел умирать. Он дожил до возвращения в Англию и даже умудрился еще раз выступить в парламенте - на трибуне шаталось сутулое, костлявое, шаркающее ногами, сбивчиво поносящее лидера собственной партии существо, и друзья Черчилля от стыда закрывали глаза и затыкали уши. Его смерть была ужасна - в агонии Рэндольф дико кричал и до синяков сжимал руки не отходившей от него Дженни. Ей он не оставил ничего, кроме дома, мебели, скаковой лошади и небольшой суммы денег… Как жить дальше, леди Рэндольф Черчилль не знала, но министерскую мантию мужа пожаловавшему к ней с официальным визитом правительственному чиновнику она не отдала. Привыкший сохранять ледяную мину клерк удивленно поднял брови, услышав: ‘Я сохраню ее для сына». Отныне делом жизни Дженни стала карьера Уинстона Черчилля, и для начала ей надо было узнать его поближе.

Когда после школы его отправили в военное училище, Дженни была поглощена своей светской жизнью и делами мужа и плохо понимала, что вышло из Уинстона к двадцати годам. В Сандхерстское училище он поступал несколько лет подряд и смог сдать экзамены только после того, как репетитор подготовка к ЕГЭ заставил его вызубрить все билеты. Уинстона приняли в легкий кавалерийский класс. Зато за несколько лет до этого он победил на соревнованиях по фехтованию, и в дипломе были отмечены его короткие, стремительные и абсолютно бесстрашные атаки. В 19 лет он, ни на минуту не задумавшись, прыгнул с моста - Уинстон хотел соскользнуть на землю по ветвям дерева, но промахнулся и рухнул с десятиметровой высоты. В результате он разорвал себе почку, но осторожнее не стал: из Сандхерста Дженни писали, что кадет Черчилль - один из самых отважных наездников в эскадроне. И все бы хорошо, если бы не его упрямство и заносчивость… Леди Рэндольф была тактична и терпелива, и стать ближайшим другом сына ей оказалось просто - юный Черчилль любил ее больше всех на свете.

Клементина Хозье, чья семья насчитывала шесть поколений профессиональных военных, не могла не принять предложения, сделанного столь бесстрашным человеком

Не у каждого кавалерийского кадета мать входит в число первых британских красавиц и при этом умна, весела и выглядит самое большее лет на двадцать семь. В свои сорок лет леди Рэндольф Черчилль казалась девушкой, и наследник британского престола принц Эдуард, любитель сладких женщин и сухого шампанского, был от нее без ума. Ее приезды в Сандхерст становились событием для всего училища, и Уинстон очень этим гордился. Леди Черчилль участвует в королевской охоте, издает литературный журнал, танцует на балу в Букингемском дворце и очаровывает будущего начальника Уинстона, командира 4-го гусарского полка полковника Брабазона… А ее сын тем временем заканчивает восемнадцатимесячный курс обучения в Сандхерсте: расшитый серебром гусарский мундир заказан лучшему лондонскому портному. Уинстон Леонард Спенсер Черчилль вступает в самостоятельную жизнь. Для начала он приходит в свою первую школу с хлыстом, но оказалось, что ее директор умер два года тому назад, и Черчилль страшно переживает из-за того, что они так и не встретились.

Юноша красив грубоватой мальчишеской красотой, крепок, неглуп, азартен. Больше всего на свете Уинстон любит опасные для жизни и здоровья, будоражащие кровь игры: дай ему волю - он будет прыгать с моста хоть каждый день. После выпуска гусарский лейтенант отправляется на Кубу - посмотреть, как испанцы воюют с повстанцами. Там его научат курить сигары и спать после обеда, тогда же выяснится, что у него легкий, живой слог. Леди Рэндольф поможет ему заключить контракт с ‘Дейли телеграф», и гусар напишет для газеты несколько весьма занимательных репортажей.

Черчилль вечно лезет на рожон: когда их полк прибыл в Индию, он, не дожидаясь транспортной барки, прыгнул с борта корабля в какую-то лодчонку и поплыл по волнующемуся морю к пристани, друзья-лейтенанты не могли понять, куда он, собственно говоря, спешит. Добравшись до берега, Уинстон ухватился за свисающую с причала цепь, и тут лодка ушла у него из-под ног. Он висел над волнами на одной руке, следствием чего стало вывихнутое плечо - теперь Черчилль не сможет владеть гусарской саблей… Но и этого ему мало: как только в Бирме начали стрелять, Уинстон забрасывает письмами мать, чтобы та добилась его прикомандирования к экспедиционной армии.

Черчилль с дочерью Мэри наблюдают за атакой немецких бомбардировщиков (Южная Англия)

Два месяца маршей по болотам и боев, полторы дюжины репортажей для ‘Дейли телеграф» - вернувшись в полк, Черчилль отшлифовывает их и отправляет в Англию. Мать пускает в дело все свои связи - и вскоре на свет Божий появляется симпатичный двухтомник. Статьи и книга принесли ему триста фунтов - в двадцать раз больше его армейского жалованья. Черчилль покупает нового пони и… начинает скучать.

Мать присылает ему ящики книг: Шекспир купить произведения и экранизации Уильяма Шекспира, историки Гибон и Маколей, пьесы Шоу, романы, повести, сотни томов стенограмм парламентских прений - и Уинстон штудирует их, уединившись в своем бунгало. Леди Черчилль знает, как хороша жизнь гусарского лейтенанта - отдельный домик, четыре лошади, пять слуг, пятимесячный отпуск поиск, подбор и бронирование отдыха online, игра в конное поло, занимающая все свободное от службы время, - и смертельно боится, что Уинстон почувствует вкус к военной службе. Ее журнал закрылся, никакого серьезного дела у нее нет, и карьера сына - единственное, что ее заботит. Получив очередное письмо, она успокаивается - представления о будущем Уинстона полностью совпадают с желаниями матери.

Молодой человек понял, что младший офицер современной британской армии вряд ли дождется нового Блэнхейма, и теперь его волнуют не мундиры, а образование. Школьная ненависть к учебе распространялась только на арифметику и латынь, которые он так и не смог осилить, а сейчас Уинстон открывает для себя литературу. У писателей, книги которых присылает ему мать, слова ‘падают на предназначенное для них место, как монетки в щель автомата для газировки», и он чувствует к ним смертельную зависть. Черчилль часами корпит над бумагой, и, перечитывая его письмо, Дженни улыбается последней фразе: надо же, ‘слова падают, как монетки…» - да, у мальчика вырабатывается свой стиль…

Черчилль подготовит Англию к Первой мировой войне, а когда его выставят из правительства, он отправится на фронт, чтобы командовать батальоном

Она следит за его жизнью издали: в первый раз ее сын влюбился в 19 лет, сандхерстским кадетом, девушку звали Мейбл Лав, и она была актрисой. Уинстон часами дежурил у входа в театр и мечтал, что его пригласят за кулисы, но молодая дама держала поклонника на расстоянии. После одного из спектаклей кадет присоединился к толпе театралов, которая ненароком снесла сооруженное по приказу муниципального совета Лондона заграждение - оно отделяло театры и кафе на Лейстер-сквер от улицы, где собирались проститутки. Тогда он произнес целую речь: ‘Скоро выборы, не забудьте избавиться от тех, кто построил этот забор!» Леди Рэндольф надеялась, что за этой речью последуют и другие - почему бы Уинстону не стать членом палаты общин?…

Когда он уезжал со своим полком в Индию, она рассказала ему, отчего умер его отец. Юноша был по-настоящему потрясен, и это ее порадовало: у него хорошая голова и бездна честолюбия, пример Рэндольфа помешает ему пустить свою жизнь под откос из-за какой-нибудь глупой прихоти… Леди Черчилль часто бывала в компаниях, где ее окружали несколько бывших любовников сразу, и в мужчинах она разбиралась отлично: женщина, которая уведет у нее Уинстона, появится не скоро, ее сын хорош собой, но в науке нежных чувств он не преуспеет никогда.

Дочь знаменитых актеров Этель Берримор, дочь графа Маргарет Хорн, дочь крупного чиновника Памела Плауден - каждая из них могла бы составить ему прекрасную партию, а в Памелу он был даже влюблен, и они объявили о своей помолвке. Но Этель мечтала о театральной карьере, Маргарет он не нравился, а Памела предпочла ему юного и богатого графа Литтона. Черчилль обращался с женщинами как с читателями и избирателями - писал им длинные письма и старался подкупить безупречным стилем. В Казановы он, несмотря на красивое лицо и расшитый серебряной тесьмой мундир, не годился: на балы Черчилль привозил стопки книг и перелистывал их, когда другие танцевали. Юный гусар незаметно для себя превращался в рассчитанную на литературный и политический успех живую машину: он писал репортажи, штудировал стенограммы парламентских выступлений и думал о том, что карьера политика интереснее службы в гусарском полку. Письма из Англии шли долго, и он не знал, что леди Рэндольф давно подыскивает для него надежный избирательный округ.

Уинстон Черчилль с дочерью Дианой в Нассау. 1927 г.

Дженни вечно сидела без денег - и мать, и сын слишком много тратили, но ни он, ни она ни разу не упрекнули в этом друг друга. Несколько дней назад леди Рэндольф получила письмо от Уинстона: ‘Я сочувствую всем вашим излишествам даже больше, чем вы моим. Мне так же кажется самоубийством тратить 200 фунтов на новое платье, как вам покупать нового пони для игры в поло за 100 фунтов. И все же я уверен в том, что вам необходимо платье, а мне - пони. Несчастье в том, что мы чертовски бедны…» Безвестному и бедному гусарскому лейтенанту трудно пробиться наверх, даже несмотря на безупречную родословную, и леди Рэндольф начинает думать, что ей больше нечего ждать от судьбы… Их жизнь переменится всего через несколько месяцев, но они об этом пока не подозревают.

… Песчаная равнина, развевающиеся конские гривы, пики с разноцветными флажками: уланский полк, к которому прикомандирован Уинстон Черчилль, гусар и военный корреспондент, атакует армию суданских повстанцев. Навстречу нарядным всадникам высыпала огромная толпа вооруженных старыми ружьями, пиками и кольями, отчаянно орущих оборванцев. В битве при Омдурмане Черчилль убил пять человек - четырех застрелил, одному размозжил голову рукояткой маузера. Книга, которую он написал об этой войне, пользовалась бешеным успехом, а большой гонорар на время позволил забыть о денежных затруднениях.

… Прошел год, Уинстон Черчилль, отставной офицер и корреспондент ‘Морнинг пост», едет на англо-бурскую войну. Скалы и деревья, петляющая между ними железная дорога. Бронепоезд - открытая платформа с заряжающейся с дула допотопной пушкой и два бронированных вагона с дублинскими стрелками - ползет вперед и неожиданно попадает под обстрел, а обратный путь буры завалили огромным камнем. Вагоны летят под откос, а Черчилль с несколькими солдатами пытаются откатить камень в сторону. Бойцы падают один за другим, но через несколько минут дорогу все же удалось расчистить, и паровоз, на который погрузили раненых, уходит к своим. Уинстон любит опасные игры, но эта может оказаться для него последней - остатки отряда буры берут в плен, взявшего же в руки оружие штатского по законам войны должны расстрелять.

Черчилль станет довольно известным художником - выставки Шарля Морена, под именем которого он спрятался, проходили с большим успехом

Все, что было потом, он подробно описал в своей новой книге, которая стала бестселлером и принесла Черчиллю по-настоящему большие деньги. Приказ отойти в сторону - к обреченным на смерть и приказ вернуться в строй: ‘Все в порядке, старина, мы не каждый день берем в плен сыновей лордов», превращенная в тюрьму школа, где за оградой из рифленого железа уныло слонялись несколько сотен британских солдат и офицеров. Черчилль обошел забор и запомнил расположение постов часовых - он вовсе не собирался провести в этой дыре следующие шесть месяцев.

Часовой шагает вдоль стены и задерживается у отхожего места, чтобы выбросить окурок. Он стоит к нему спиной - и мешковатый плотный англичанин бросается к забору, с третьей попытки подтягивается (мешает больная рука) и спрыгивает в густые и колючие кусты. Затем будет долгий, трехсоткилометровый путь по занятой врагом территории, поезд, на который ему едва удастся вскочить на ходу… Ему придется идти мимо расклеенных на каждом углу листовок: ‘Рыжий, сутулящийся, на верхней губе жидкие усики, при долгом разговоре издает хриплый горловой звук, пришепетывает - двадцать пять фунтов за живого или мертвого Уинстона Черчилля…» Когда беглецу наконец удалось добраться до британских постов, его встретили как героя: за минувшую неделю буры разбили англичан шесть раз, и Великобритании был нужен национальный символ. Черчилль вернулся в страну, которая была готова носить его на руках, - и обнаружил, что в жизни матери тоже произошли большие перемены.

Будущий отчим оказался старше его… всего на шестнадцать дней. Дженни недавно отметила сорокашестилетие, а Джорджу Корнуоллис-Уэсту исполнилось двадцать шесть, в гвардейском полку он выделялся спортивными успехами, статью, красотой и редким отсутствием сообразительности. Новобрачная (в сорок шесть лет Дженни выглядела едва на тридцать) утратила право на титул, ее новый муж был беден, но Дженни ни о чем не жалела. Сиял и Корнуоллис-Уэст - им предстояло прожить в любви и согласии целых двенадцать лет, и эти годы он будет называть лучшим временем своей жизни. Дженни тоже казалась счастливой - позднее она скажет, что это был самый романтичный из ее браков. Через много лет она выйдет замуж в третий раз: ей будет шестьдесят три, ее новый муж, красивый и неглупый колониальный чиновник, офицер, окажется на три года моложе Уинстона. Это замужество дама назовет ‘счастливым, но неромантичным»… Однако все это еще было впереди: пока что Дженни не думала ни о чем подобном, и Уинстон, вышагивавший вслед за лучезарно улыбающимися новобрачными, остро чувствовал, что теперь стал по-настоящему одинок - у его верного друга и умного советчика началась новая жизнь.

В палату общин Черчилль прошел без труда, он сел на ту же скамью, что и его отец, расстегнул галстук, вытянул ноги, и один из его соседей шепнул, что Уинстон выглядит так, как будто провел здесь лет двадцать. Его парламентские речи, в отличие от комплиментов дамам, пользовались успехом. Тридцатитрехлетний Черчилль, скоро ставший министром торговли, почувствовав вдруг себя старым холостяком, решил исправить положение. За молоденькой Клементиной Хозье, дочкой небогатого армейского полковника, он стал ухаживать, не особенно рассчитывая на успех - вдруг да получится! Поначалу получалось плохо: разговаривая с женщинами, Черчилль обычно смущался, слишком много говорил и казался обычным хвастуном.

Черчилль был абсолютно уверен, что его ждет великое будущее, но о том, что ему удастся затмить первого герцога Мальборо, он не подозревал (с женой Клементиной. 1951 г.)

Все решил пожар в деревушке Криптон, где находилась усадьба их общих друзей. Уинстон немедленно примчался на место происшествия и, нацепив пожарную каску, кинулся прямо в огонь. Достопочтенный Уинстон Леонард Спенсер Черчилль, член парламента и министр правительства его королевского величества, выносил вещи до самого последнего момента: стена рухнула, когда он, закопченный, исцарапанный, сосредоточенно пыхтящий, вылезал из окна с пуфиком в руках. Узнав об этом, Клементина прислала ему очень милое письмо, и Черчилль немедленно ей ответил: ‘Пожар был просто великолепный, мы здорово повеселились». Девушка, чья семья насчитывала шесть поколений профессиональных военных, не могла не принять предложения, сделанного столь бесстрашным человеком.

Свадебная церемония купить свадебные товары состоялась в приходской церкви палаты общин в Вестминстере. Среди подарков была трость от Эдуарда VII с золотой надписью: ‘Моему самому молодому министру». Звонили колокола, и жених был совершенно счастлив. Помимо всего прочего Уинстон Спенсер обладал необыкновенной самонадеянностью: он был абсолютно уверен, что его ждет великое будущее, но о том, что ему удастся затмить первого герцога Мальборо, Черчилль не подозревал.

Он будет бесцеремонно расталкивать локтями и врагов, и соратников, нисколько не скрывая, что всех их считает ниже себя. У него появится очень много недругов, но на его стороне будут воля и ум, судьба и случай. Он будет занимать посты министра финансов, министра внутренних дел, министра военного снабжения, министра колоний, дважды сядет в кресло Первого лорда адмиралтейства и, наконец, станет премьер-министром. Он напишет около сорока книг и через сорок с лишним лет получит Нобелевскую премию по литературе. Книги о нем самом станут выходить с интервалом в пятнадцать месяцев на протяжении следующих пятидесяти лет. Он придумает первый в мире танк: генералы будут смеяться, но Черчилль опишет его во всех деталях, и инженерам останется лишь произвести необходимые расчеты. Он станет довольно известным художником - выставки Шарля Морена, под именем которого спрятался Черчилль, проходили с большим успехом.

Черчилль подготовит английский флот к Первой мировой войне, а когда его выставят из правительства, он отправится на фронт, чтобы командовать батальоном…

Блэнхейм, знаменитый дворец герцогов Мальборо

В 1940 году он изменит ход истории. Борьба казалась безнадежной - Россия выжидала, Америка не собиралась вмешиваться в войну, а у Англии не было армии - но Черчилль решил драться…

… Впрочем, 12 сентября 1908 года до этого было еще очень далеко.

Их наперебой поздравляли друзья, в церкви Сент-Маргерет звонили колокола, невеста опиралась на руку жениха, а тот был счастлив. Черчилль кланялся, шутил, пожимал пальцы Клементины, а в голове у него фраза за фразой складывалась речь, которую ему надо будет произнести в парламенте сразу после медового месяца…

© Алекс Макдермотт

По материалам журнала Караван историй

Вернуться