Агентство Лангуст [переход на главную]

24/03/2022 Управляемый хаос: какова расстановка сил на политической карте мира (и какое место в ней занимает Россия)?
Впервые опубликовано на сайте журнала Esquire

На сайте журнала Esquire была опубликована авторская статья о роли России в мировой политике купить книги по политике.

Ниже материалы статьи приведены полностью.

Современный мир лишился лидера: на это звание не могут претендовать ни США, ни Россия, ни Европа, ни Китай. Однако хаос - это не только риски, но и возможности.

Это материал, опубликованный в мартовском Esquire, который почти целиком посвящен геополитике. В нём мы пытались разобраться, что происходит на политической карте мира и что произойдет завтра. Номер готовился и ушёл в печать до начала военной операции в Украине, и ряд утверждений в материалах могут не совпадать с действительностью.

Карта мира вновь стала пёстрой.

Тридцать лет назад можно было всерьёз обсуждать конец истории и установившуюся гегемонию единственной сверхдержавы. Довольно быстро - в исторической перспективе почти мгновенно - стало ясно, что никакой «новый Рим» единолично с миром не управится, и разговоры о мировом жандарме сильно преувеличены. Похожая на бегство эвакуация американского контингента из Афганистана продемонстрировала этот факт наглядно - но и Афганистан, окончательно ставший для США Афганом, - лишь самое яркое, а не единственное проявление слабости супердержавы.

Вместо сбалансированной и довольно устойчивой «ялтинской» системы международных отношений и несбалансированного, но понятного миропорядка с единственной доминирующей сверхдержавой наступил этап, который уже успели окрестить и многополярным, и даже «постнормальным». США не являются бесспорным лидером мира, перестал быть таковым и «глобальный Запад» - Европа не планирует, да и не может подхватить это знамя. На роль глобального лидера не хотят и не могут претендовать ни Китай, ни Россия, ни кто-либо ещё.

Международные структуры также не кажутся способными руководить мировыми процессами: какой глобальный вопрос ни возьми, от поддержания мира до борьбы с пандемией коронавируса, важность роли ООН или каких-либо ещё всемирных объединений, мягко говоря, неочевидна.

Зато прямо на глазах растут локальные центры силы, которые заставляют с собой считаться. Возвышение Китая трудно не заметить, хотя его политическое влияние на мировые дела ниже, чем экономический вес. Однако и Китай - лишь самый яркий пример, а не единственная скала, торчащая посреди бурного моря. Турция создаёт свою сферу влияния от Ливии до Сирии; Иран борется за особую роль на Ближнем Востоке; и даже террористические группировки заставляют считаться с собой. При этом каждый игрок по отдельности слишком слаб, чтобы занять пустующий трон, или для того, чтобы создать вместе с другими игроками «концерт держав», напоминающий систему международных отношений, существовавшую в Викторианскую эпоху.

Всё это происходит на фоне откровенной деградации международных отношений. Дональд Трамп, управляющий миром не выходя из твиттера, был не курьёзным исключением из правил: рискованные заявления и резкая смена курса в мировой политике - это часть новой нормы. По выражению МИД РФ, безопасность теперь может поддерживаться «режимом контругроз». Соглашения, некогда подпиравшие систему мировой безопасности вроде Договора по открытому небу или ДРСМД, расторгаются. Мир, управляемый с помощью угроз - даже с приставкой контр, - это, откровенно говоря, не та реальность, в которой хочется жить. Однако эта реальность уже за окном. И в ней державы не слишком-то готовы объединиться даже для противостояния глобальному бедствию, бьющему по всем сразу: пандемия коронавируса среди прочего показала, чего стоят все разговоры о мировом сотрудничестве.

При этом глобальная взаимозависимость не просто никуда не делась, но и усилилась. Современная промышленность и мировая торговля чрезвычайно сложны. Логистика и промышленность часто зависят от ситуации в конкретной зоне. Контейнеровоз, по глупой случайности закупоривший Суэцкий канал, на несколько дней стал новостью номер один в мире - но что случится, если такой узел закупорит не заурядная авария, а, например, затяжной вооружённый конфликт или техногенная катастрофа? Тем более, как показывает практика, чёрные лебеди иногда летают над миром косяками, и предсказать, откуда придёт угроза, бывает нереально - а если угрозу удастся отследить, то предсказатель может оказаться в положении Кассандры. Получается парадоксальный мир, который, с одной стороны, куда более фрагментирован, чем прежде, но при этом опутан глобальными связями, зачастую не очевидными для стороннего наблюдателя.

Но всё ли так страшно? Поводов для оптимизма в рамках такого миропорядка в действительности тоже немало.

отсутствие единого мирового лидера — это, конечно, и отсутствие единого мирового жандарма

Неожиданные преимущества такая конфигурация даёт формально слабым игрокам - от государств до неправительственных организаций и даже террористических группировок. В прямом политическом или военном противостоянии обычной небольшой страны и сверхдержавы победитель очевиден. Но что если сверхдержава погрязла в борьбе сразу по всем направлениям, а слабый игрок сумел заинтересовать собой ещё нескольких таких же? Да и выбор покровителей в эпоху новой раздробленности богаче, чем во времена чётко определённых блоков. Экономические санкции могут быть очень болезненными, но их эффект гораздо менее очевиден, чем прежде: у стран, попавших под санкции, больше путей, чтобы их обойти.

Конца света тоже не будет. Коллапс цивилизации - тема очень благодарная для беллетристов и режиссёров, но все апокалиптические прогнозы - это несбывшиеся прогнозы. Мы сами недооцениваем запас прочности собственной цивилизации. Катастрофы вроде пандемии, безусловно, принесли много горя, но по опустошительности они даже близко не стоят рядом с теми, что человечество уже пережило. «Испанка» убила на порядок больше людей, чем ковид, и не вызвала коллапса цивилизации. Кстати, нынешний вирус не менее опасен, чем «испанка», разница только в том, что сейчас мировая система здравоохранения продвинулась далеко вперёд, не говоря уж о фармацевтике. Глобальная война - тоже, в сущности, страшилка, которую используют политики, чтобы попугать избирателя. Дело даже не в том, что две мировые войны отрезвили политиков, а в том, что сами современные общества изменились, и потери, которых общество ХХ века могло просто не заметить, в наше время рассматриваются как однозначно неприемлемые.

Наконец, отсутствие единого мирового лидера - это, конечно, и отсутствие единого мирового жандарма. Афганистан, а до того Ирак поубавили энтузиазма у любителей разбомбить любую проблему. На наших глазах теряются иллюзии и по поводу менее острых решений, основанных на голом давлении - вроде экономических санкций. Вызовы децентрализовались. Мы можем столкнуться с множеством отдельно взятых угроз, но сами по себе угрозы не носят глобального и убойного характера.

Положение России в новом мире ожидаемо сложное. У нас целый клубок переплетающихся внешнеполитических проблем, сложные отношения со множеством стран - а с некоторыми и вполне явная вражда. К тому же Россия - всё ещё крупнейшая страна мира. Наличие общих границ одновременно с ЕС, Кореей, США и в особенности с Китаем - это не только факт, но и причина, по которой России касается множество вызовов и конфликтов, связанных с самыми разными регионами планеты. Нестабильность в Средней Азии, возвышение Китая, энергетика Европы - для нормального существования России важно всё сразу. При этом козырей, имеющихся у того же Китая или США, у нас нет: внутренний рынок не такой уж крупный, население приличное, но не гигантское (особенно для территорий такого размера), нет ни контроля над мировыми финансами, ни многочисленных сателлитов.

Однако свои преимущества у России тоже есть. Она достаточно устойчива к внешним угрозам. В современной реальности это очень важно, как и во все прочие эпохи - от попытки прямого физического вторжения извне Россия защищена отлично. У нас неплохо образованное население, и к тому же - стакан наполовину пуст, но и наполовину полон - его не так мало, чтобы страна могла чувствовать себя защищённой, только прилепившись к мощному союзу. С другой стороны, «преимущество слабого» работает на нас: Россия не кажется таким вызовом, чтобы сильнейшие державы сосредоточили усилия именно на её ослаблении.

Ответ на вопрос «Что делать?» для России довольно прост

Во-первых, интеграция в глобальную экономику для нашей страны должна начинаться с развития собственного производства. Как показывает практика, идея «просто покупать» что-то критически важное для страны - от вертолётных двигателей до микросхем, порочна: легко на очередном повороте внешней политики обнаружить, что эти вертолётные двигатели производят только на Украине, и оперативно избавиться от этой зависимости не получается. Пользоваться, например, космодромом Байконур в любом случае придётся, но все производства стратегически важных товаров, которые в принципе могут быть локализованы, должны быть локализованы.

Причём - это данность - российская индустриализация по-прежнему будет серьёзно ориентирована на оборонный комплекс. Во-первых, список силовых угроз обширен и не сокращается, а во-вторых, и в «оборонке», которой мы привыкли гордиться, дела сейчас обстоят сложно, и к примеру, промышленные мощности для строительства кораблей ВМФ не впечатляют. То же самое касается энергетического машиностроения и транспорта: железные дороги - это не романтика плацкарта, это артерии страны, АЭС - не то место, где происходят техногенные катастрофы, а источник жизни.

Без пушек масла не будет, но это не значит, что масло неважно. Другим направлением для России должна быть, конечно, ориентация на себя, соблюдение собственных - быть может, эгоистических интересов и на благополучие своих граждан. Внутренний рынок, востребованность местных кадров, товаров и оборудования - это вопрос прочности и индустрии, и самого государства. На голом экспорте развитую экономику не выстроишь. Наконец, потребительская активность и бытовое благополучие граждан - это ценность, не противостоящая благу государства, а укрепляющая его. Одно время ходило много разговоров про глупцов, продавших Советский Союз за джинсы. Но уважающая себя страна не должна ставить своих граждан в положение, при котором единственный шанс на потребительское благополучие - это продажа Родины. В современных условиях невозможно держать на голодном пайке квалифицированных специалистов - от учёных до инженеров - и надеяться выиграть мировую гонку за технологиями и промышленной мощью.

Водник

Рынок труда уже глобален, если мы не предложим достойных условий дома, то так и продолжим читать о технологических и научных прорывах, которые люди с русскими фамилиями совершают в Массачусетсе и Дюссельдорфе. А это, в свою очередь, требует не только вложения денег в свою страну, но и создания более дружелюбной атмосферы. К сожалению, это не та мысль, которая легко доходит до политиков, но никаких альтернатив не существует. В конце концов, даже пятидесятиметровая яхта среднего олигарха цела только до той поры, пока он под защитой сильной, уверенной в себе страны. А чтобы страна была сильной и уверенной в себе, инженеру с завода этого олигарха должно хватать если не на яхту, то хотя бы на хорошую моторку .

На мировой же арене положение России вовсе не плохо. Да, мы не можем претендовать на глобальное лидерство, но, к счастью, этого и не требуется. Россия в лобовом столкновении не может противостоять Китаю или США - нет и ситуации, требующей подобного напряжения всех сил. Все мировые державы, включая Россию, играют в первую очередь не против кого-то, а за себя. Поэтому и стрелять себе в ногу, и совершать потенциально опасные шаги все игроки за великой шахматной доской (на самом деле, конечно, за великим покерным столом) купить различные игры для всей семьи стараются с оглядкой и на возможные контрмеры, и на других игроков. Да, нынешний мир хаотичен, отсюда следуют не только риски - но и возможности. История никогда не кончается. В этом ею трагедия, и в этом же величайший оптимизм.

© Евгений Норин, писатель, военный историк

Впервые опубликовано на сайте журнала Esquire

← Вернуться
хостинг для сайтов © Langust Agency 1999-2022, ссылка на сайт обязательна